Когда Дональд Трамп решил представить визу для участия на сессии ООН президенту и министру иностранных дел Ирана стопроцентной ясности не было: одни говорили, что президент Пезешкиан не поедет в США, другие утверждали, что если даже поедет, то его там арестуют. Но не подтвердилось ни то, ни другое – уже во-вторник сообщили, что иранская делегация находится в Нью-Йорке. Через день даже президент Пезешкиан выступил на сессии ООН. Мало того, сообщили, что президент Трамп намерен встретиться со своим иранским коллегой.

Скорее Белый Дом этим демонстрирует тут еще такое обстоятельство, что эти два человека - президент Пезешкиан и министр Арагчи - не числятся в его черном списке. На счет Пезешкиана это известно давно. Когда США и Израиль один за другим уничтожали представителей иранских властей, когда не раз оглашали свой черный список, президент Масуд Пезешкиан сидел и работал в своей резиденции, потому что иранский президент выступает за переговоры, призывает изменить региональную и мировую политику своей страны. Первое перемирие было и его заслугой, которое нарушил КСИР без ведома президента Пезешкиана.

Что касается и министра иностранных дел Арагчи, наверное мнение о нем у американцев тоже положительное, наверное и он в большей степени светский человек, как президент Пезешкиан.

В свое время США разрешили даже президенту Ахмадинежаду посетить штаты, чтобы участвовать на сессии ООН, проводить там кое-какие встречи.

Пезешкиан в отличие от Ахмадинежада (кажется, теперь его объявили израильским шпионом, хотя слухи об этом были опровергнуты) не является чересчур радикалом–крикуном, он уравновешенный и интеллигентный человек, и в политике сторонник умеренной линии.

Чтобы усилить собственную линию, к сожалению, ему внутри страны не на кого опереться, страной фактически правит КСИР. Кроме того, Пезешкиан является в первую очередь президентом Ирана и обязан защищать его интересы.

В любом случае, война спутала все карты, хотя она невечная и у Пезешкиана еще будет возможность действовать как свободный политик, но другое дело: хочет ли он это? Во время протестов он фактически был единственным лидером, который принял представителей протестующей оппозиции. Но к сожалению, мы так и не узнали, чем это кончилось: началась война.

Теперь политическое духовенство, не взирая на войну, как только наступает перерыв, сразу же наказывает представителей протестной оппозиции, чтобы и внутри укрепить свою власть. Они не оставили поле для маневров для президента Пезешкиана, еще до того, как последний отправился в США, они передали свои условия американцам.

Признаться, мы с самого начала не были оптимистически настроены по поводу встречи Трампа и Пезешкиана. Но этот фактор может усилить позиции президента Пезешкиана внутри страны. Но Масуд бей не похож на амбициозного политика. Это мы говорим с сожалением, потому что политик должен быть амбициозным, иначе с ним никто считаться не будет, все будет происходит за его спиной.

Конечно, президента, который избирался на этот пост в восьмидесяти миллионной стране называть не амбициозным спорное дело, если даже вспомнить что иранские выборы имеют некий фильтр, фактически проходят в два этапа: сперва выбирают духовные лидеры, а потом простые избиратели. Но факт, что несмотря на то, что прошло полвека, феодальный режим в стране даже чуточку не изменился, наоборот, он стал еще консервативным. Причина ясна: духовенство во выборы пропускают себе угодных, лояльных режиму кандидатов в президенты страны. Не случайно, что даже доктор Пезешкиан требует от американцев и Трампа лояльность к существующему режиму.

Плюс, сам президент Трамп заявил, что до выборов в ирано-американском военном театре будет тишина. Ну что ж, будем ждать окончания выборов. Хотя если на войне с Ираном возможны быстрые и решительные перемены, почему их не сделать до выборов? Ведь это могло приносить положительные политические дивиденды республиканцам…