Axar.az
Наверх


Галльский петух пытается смыть свой позор?

Главная страница В мире
12 Punto 14 Punto 16 Punto 18 Punto

Аннулирование меморандумов ряда французских городов о побратимстве с населенными пунктами оккупированного армянами Карабаха административными судами Франции вызвало серьезное беспокойство в Армении. Более того, армянам пришлось признать – это стало результатом активных дипломатических усилий Азербайджана по выносу вопроса в международное пространство согласно международному праву.

Как сказал в беседе с Axar.az российский политолог, специалист в области конфликтологии Евгений Михайлов, отказ французских городов от сотрудничества и побратимства с городами непризнанной территории Нагорного Карабаха – это, прежде всего, действительно, победа азербайджанской дипломатии.

«Баку не переставал давить на Париж, так как Франция является участником Минской группы ОБСЕ, и участвуя в переговорах о мире, двуличие в процессе неприемлемо. Именно данный факт сыграл решающую роль в отказе французских городов от сотрудничества», - отметил он.

По словам нашего собеседника, армянская диаспора в Пятой республике потерпела сокрушительное поражение. Более того, это произошло на фоне усиливавшегося экономического партнерства между Францией и Азербайджаном в отличие от полной стагнации отношений с Ереваном. Это признали даже представители армянского лобби, и сейчас начинают винить в произошедшем уже новые власти Армении во главе с Николом Пашиняном.

«Более того, во Франции прекрасно знают и помнят о том, что в Ереване открыто героизируют нацистских преступников, да и преступления дашнаков невозможно скрыть. Десятки тысяч убитых на национальной почве являются тем самым камнем преткновения, который всё чаще будет мешать Армении в выстраивании своей внешнеполитической линии», - подчеркнул Михайлов.

В заключение беседы российский политолог напомнил, что связанные с нацизмом и германской оккупацией темы в самой Франции вызывают неоднозначные реакции – если одна сторона решительно осуждает сотрудничество с немцами, то другая так же решительно старается об этом забыть.

На Нюрнбергском процессе Геринг был поражён тем, что французы их судят наравне с американцами, русскими и англичанами. Он спросил : «И эти тоже воевали против нас?»

А как же французское сопротивление maguis - маки? Да, маки сражались против оккупантов. Большинство в их отрядах составляли потомки русских эмигрантов, бежавшие из концлагерей советские военнопленные, жившие во Франции поляки, испанские республиканцы, другие беженцы из оккупированных нацистами стран. Даже командиром у маки была англичанка Нэнси Уэйк - знаменитая Белая мышка.

В отряде «Родина» на стороне Сопротивления сражались белорусски, русские, еврейки, украинки Надежда Лисовец, Розалия Фридзон, Александра Парамонова, Надежда Дерех, Галина Демьянова и другие, бежавшие из концлагеря «Эрувиль».

Выполняя специально разработанные инструкции, «боши» вели себя с побежденными в высшей степени корректно. И в первые же дни оккупации парижские девицы начали заигрывать с оказавшимися такими вежливыми и совсем не страшными победителями. А за пять лет сожительство с немцами приняло массовый характер. Командование вермахта это поощряло,- сожительство с француженкой не считалось «осквернением расы». Появились и дети с арийской кровью в жилах.

Культурная жизнь не замирала и после падения Парижа. Разбрасывая перья, плясали девочки в ревю. Словно ничего не случилось, Морис Шевалье, Саша Гитри и другие бесстыдно паясничали перед оккупантами в мюзик-холлах. Победители собирались на концерты Эдит Пиаф, которые она давала в арендованном борделе. Луи де Фюнес развлекал оккупантов игрой на рояле, а в антрактах убеждал немецких офицеров в своем арийском происхождении. Не остались без работы и те, чьи имена трудно упоминать в этой статье: Ив Монтан и Шарль Азнавур. А вот, знаменитый гитарист Джанго Рейнхард отказался играть перед оккупантами. Но таких, как он, было немного. Художники выставляли свои картины в салонах и галереях. Среди них Дерен, Вламинк, Брак и даже автор «Герники» Пикассо.

Другие зарабатывали на жизнь, рисуя на Монмартре портреты новых хозяев столицы. По вечерам поднимались занавеси в театрах. Свою первую роль – Ангела в спектакле «Содом и Гоморра» – Жерар Филип сыграл в театре Жана Вилара в 1942 году. В 1943 режиссер Марк Аллегре снял 20-летнего Жерара в фильме «Малютки с набережной цветов». Отец юного актера Марсель Филип после войны был приговорен к расстрелу за сотрудничество с оккупантами, однако с помощью сына сумел бежать в Испанию.

Уроженец Киева, звезда «русских сезонов» в Париже, директор «Grand opera» Сергей Лифарь тоже был приговорен к смертной казни, но сумел отсидеться в Швейцарии.

В оккупированной Европе запрещалось не только исполнять джаз, но даже произносить само это слово. Специальный циркуляр перечислял наиболее популярные американские мелодии, исполнять которые не разрешалось, - имперскому министерству пропаганды было чем заниматься.
Но бойцы Сопротивления из парижских кафе нашли выход быстро, - запрещенным пьесам давали новые (и удивительно пошлые) названия. Давил, давил немецкий сапог французов – как же было не сопротивляться!

Полным ходом снимали фильмы в киностудиях. Любимец публики Жан Маре был популярен уже тогда. Его нетрадиционная сексуальная ориентация никого (даже немцев) не смущала. По личному приглашению Геббельса такие известные французские артисты, как Даниэль Дарье, Фернандель и многие другие, совершали творческие поездки в Германию для знакомства с работой киноконцерна «УФА». В годы оккупации во Франции снимали больше фильмов, чем во всей Европе. Фильм «Дети райка», например, вышел на экраны в 1942 году. В этом киноизобилии зарождалась «Новая волна», которой еще предстояло завоевать мир.

Группы ведущих французских писателей в поездках по городам Германии знакомились с культурной жизнью победителей, посещая университеты, театры, музеи. В городе Льеж молодой сотрудник местной газеты опубликовал серию из выдержанных в духе «Протоколов сионских мудрецов» девятнадцати статей под общим названием «Еврейская угроза». Его имя Жорж Сименон. В таком же тоне высказывался известный католический писатель, драматург и поэт- Поль Клодель. Без всяких ограничений со стороны оккупантов издавалось множество – больше, чем до войны – книг.
Никто не препятствовал исследованиям морских глубин, которые только начинал Жак Ив Кусто. Тогда же он экспериментировал с созданием акваланга и аппаратуры для подводных съемок.

Здесь невозможно перечислить (такой задачи автор себе и не ставил) всех, кто жил нормальной жизнью, занимался любимым делом, не замечая красных флагов со свастикой у себя над головой, не прислушиваясь к залпам, доносившимся из форта Мон Валерьен, где расстреливали заложников. Постукивала гильотина, - в пароксизме верноподданного холуйства французская фемида посылала на гильотину даже неверных жен. «Позволить себе бастовать или саботировать могут рабочие – довольно агрессивно оправдывалась эта публика после освобождения. – Мы - люди искусства - должны продолжать творчество, иначе мы не можем существовать». Они-то как раз существовать могли, а рабочим пришлось собственными руками осуществлять полную экономическую интеграцию с третьим рейхом.

Правда, рабочий класс тоже особенно не страдал, - работы хватало, и платили немцы хорошо: Атлантический вал построен руками французов.
А что творилось за кулисами этой идиллии? 70 тысяч евреев были высланы в Освенцим. Вот как это происходило. Выполняя приказ гестапо, французские полицейские тщательно подготовили и 17 июня 1942 года провели операцию под кодовым названием «Весенний ветер». В акции участвовали парижскиe полицейскиe – немцы решили не пачкать рук и оказали французам высокое доверие. Профсоюз водителей автобусов охотно откликнулся на предложение дополнительного заработка, и вместительные парижские автобусы замерли на перекрестках квартала Сен-Поль в ожидании «пассажиров». Ни один водитель не отказался от этой грязной работы. С винтовками за плечами полицейские патрули обходили квартиры, проверяя по спискам наличие жильцов, и давали им два часа на сборы. Затем евреев выводили к автобусам и отправляли на зимний велодром, где они провели три дня без пищи и воды в ожидании отправки в газовые камеры Освенцима. Во время этой акции немцы на улицах квартала не появлялись. Зато на акцию откликнулись соседи. Они врывались в опустевшие квартиры и уносили все, что попадало под руку, не забывая при этом набить рты еще не остывшими остатками последней трапезы депортированных. Через три дня наступила очередь французских железнодорожников (их героическую борьбу с «бошами» мы видели в фильме Рене Клемана «Битва на рельсах»). Они закрывали евреев в вагонах для перевозки скота и вели эшелоны до германской границы. Немцы не присутствовали при отправке и не охраняли эшелоны в пути, – железнодорожники оправдали оказанное доверие и закрыли двери надежно.

Маки – вот кто пытался смыть позор поражения. Цифры потерь Сопротивления – 20 000 убитых в боях и 30 000 казненных нацистами – говорят сами за себя и соизмеримы с потерями двухмиллионной французской армии.

Дата
2019.06.17 / 11:59
Автор
Заур Мехдиев
Комментарии
Смотрите также

В Венеции прошел пик наводнения

В Гонконге протестующие подожгли мост

В Сирии схвачен исполнитель кровавого теракта

Рухани поможет пострадавшим от повышения цен на топливо

Антиамериканские демонстрации проходят в Афинах

В Индии умер слон-убийца по кличке бен Ладен

Иран отключил Интернет на фоне протестов

Африку завалило снегом

"Желтые жилеты" вновь собрались в Париже

Протесты в Иране: 40 задержанных - Видео

Лента новостей
 
  
  
  
Xocalı soyqırımı — 1992-ci il Bağla
Bize yazin Bağla
ArxivBağla