Сперва заметим одну очень важную, даже печальную деталь: большая политика никогда никому не приносила счастья. Многие считают монархов-королей чуть ли не самыми счастливыми людьми планеты, но в один день приходит конец и их беззаботной жизни.
Тут не будем вдаваться в детали древней Европы или даже нынешней Азии (мы, азиаты, даже в настоящее время живем в прошлой Европе, т.е. повторяем далекое прошлое Старого Света). Теперь взоры многих обращены к соседнему Ирану, в протестной палитре которого наиболее заметным оттенком является принц Реза Пехлеви.
На днях вновь просмотрели его биографию: признаться, мы не называли бы и его счастливчиком. Может быть он является очень богатым человеком (как тут не вспомнить один весьма провинциальный сериал «Богатые тоже плачут»), но вовсе не назовешь его счастливым человеком в привычном понимании этого слова.
Да, эту восточную королевскую семью, которая также свою жизнь подчинила большой политике, вообще, вряд ли кто-то осмелиться называть «счастливой семьей».
А так, политические протесты в Иране продолжаются вот уже третью неделю и самые различные политические комментаторы постоянно отмечают, что протестующее население Ирана не хочет возвращения ни королевской династии Пехлеви, ни американского империализма, который почти полувека назад стал основной причиной средневековой «исламской революции».
Но два нюанса подсказывают нам не торопиться с выводами. Во-первых, принц Пехлеви продолжает не только поддерживать протестные акции, даже почти руководит ими, консолидируя все свои ресурсы и политические каналы.
Во-вторых, наши южные соотечественники не решаются, почти каждый день поступают новости о том, что в Тебризе тоже начались политические волнения, но увы, на следующий день становится ясно и понятно, что все это пока является только желанием политических наблюдателей самого различного толка: «туман сомнения» в Тебризе еще не рассеялся.
В настоящее время большую активность проявляют персы и представители других народов Ирана. Для персов Пехлеви в принципе, может стать привлекательной политической фигурой: сын бывшего монарха-шаха с персидскими и тюркскими корнями может стать своеобразным символом, даже объединяющим фактором иранской государственности, плюс, пока в политической протестной плоскости нет иной заметной фигуры.
Но есть еще одна политическая фигура – президент Пезешкиан, который старается сохранить максимально близкую дистанцию в отношении к протестующей массе. Мы с самого начала постоянно отмечаем, что революция приобретает необратимый характер, когда происходит раскол в «верхах».
К сожалению, пока этого нет. Да, Пезешкиан старается быть близким к протестующей массе. На днях даже принял их представителей, но еще трудно все это называть глубокой политической «трещиной» в элите Ирана, началом противостояния между духовными и светскими лидерами страны.
Было и обращение президента Пезешкиана к народу страны, но и в нем мы не наблюдали какие-то решительные намерения, новые векторы в политике светского лидера Ирана. Поэтому, хочешь не хочешь, все-таки взоры обращаются к Пехлеви.
Позиция и Вашингтона в отношении Пехлеви тоже не однозначна: то его поддерживают, то делают вид, что якобы оставляют выбор для народа Ирана! Даже на днях от имени американского президента распространилось заявление, что якобы и Вашингтон считает «сценарий Пехлеви» неприемлемым для иранского народа.
Но многочисленная иранская диаспора в США также поддерживает сына бывшего шаха. На днях известная певица Гугуш также обратилась к Трампу, чтобы тот оказал необходимую поддержку не только иранскому народу, но и принцу Пехлеви…
Но мы все же стараемся вспомнить: разве в прошлом двадцатом веке был ли хоть один случай, чтобы монархи вновь возвращались к власти? Признаться, нам не помнится: наоборот, прошлый век был не только временем падения империй, но и монархий. Теперь же вообще, 21-й век!..
Но стихийность акций, отсутствие институциональных составляющих, четкой политической программы и требований создают дополнительные шансы для принца Пехлеви.
Нам, как политическому наблюдателю, кажется, что и «сценарий Пехлеви» нельзя полностью отбросить. Чтобы избавиться от средневековой мулла-кратии можно и даже надо пойти на союз с принцем Пехлеви, который пока тоже не оглашает подробности своих политических намерений.
Но Пехлеви почти вырос в США и думается, что все это оказало свое влияние и на его мировоззрение. Согласен, это еще не абсолютный критерий: северокорейский лидер Ким Чен Ын, даже сирийский диктатор Башар Асад учились в Европе, но не только демократами, даже прогрессивными людьми не стали.
В принципе, в некоторых условиях (отказ от теократического государства, установление светского и демократического режима, придание к тюркскому языку статуса государственного языка, обеспечение некоторых национально-культурных прав, создание весьма символического и ограниченного института монархии) можно, еще раз отмечаем, пойти на политический союз с Пехлеви.
Тот в настоящее время является фактическим лидером политических волнений в Иране. Президент Пезешкиан может пойти на диалог и с ним, как он это сделал в отношении других представителей акций протестов.
Думается, что это стало бы весьма логичным шагом со стороны светской власти Иран. Мало того, в таких случаях политики соглашаются даже на скрытый-латентный диалог с противоположной стороной. Когда мы писали эти строки поступили новые информации. Согласно одной из них, якобы США секретно провели переговоры с иранскими властями, даже договорились по нескольким важным пунктом.
В принципе, это нас вовсе не удивляет: дипломаты работают даже во время войн! Даже заявления американцев (если они конечно, подтвердятся!) о том, что якобы в Иране революция еще не созрела, тоже не удивило нас: мы постоянно отмечали и теперь отмечаем двоякую политику США в отношении Тегерана. Такие понятия, как теократия, авторитаризм, их вовсе не беспокоит: ведь и Саудовская Аравия тоже является теократической монархией…
Что же касается наших южных братьев - соотечественников, им тоже следует нарушить «обет молчания».
Их решение могло бы повлиять и на выбор самого президента Пезешкиана, который почувствовав за собой силу может быть, наконец-то, сделает более решительные шаги. Плюс, этот выбор мог бы сорвать некоторые планы и «заокеанских сценаристов».
У Пезешкиана остаются шансы, чтобы стать единственным внутренним политическим лидером процессов. Поэтому продолжаем с надеждой смотреть на Тебриз. Есть еще одна опасность. Затягивание акций протестов рано или поздно приводит к их поражению: некоторые политические наблюдатели уже утверждают, что революция и на этот раз не получилась.
Но все же, вовсе не хотелось бы, что эти акции стали очередной неудачной политической попыткой людей соседней страны, чтобы освободиться от средневекового мракобесия. Мало того, в конце прошлой недели сообщили, что в Иране ввели военное положение. Что же это такое? Может иранское духовенство, консерваторы решили дать решительный отпор протестующей массе? Может они получили на это «добро» у самого Вашингтона? Думается, ответы и на эти вопросы узнаем скоро. Поэтому, наберитесь терпения…
